 |
|
|
|
|
|
|
#86, сентябрь. 2010 |
|
Гей-бунт! Или Битвы при Стоунволле
..."Бум!" - из толпы метко кинул бутылку в полицейского стройный юноша в обтягивающей юбочке. "А ну стоять!" - заорал кто-то из сослуживцев пострадавшего, и несколько копов рванули к трансвеститу. Увидев погоню, разгоряченная орава встретила полисменов градом новых бутылок и мусора. "И все заверте..."
Но, возможно, было по-другому.
...Через пеструю толпу из суровых дам и нежных мужчин полицейский тащил лесбиянку, закованную в наручники. "Шевелись, тварь", - гаркнул он и ткнул ее дубинкой в бок. "Ребята, да что вы застыли-то!" - в отчаянии крикнула она стоявшим рядом. Толпа мигом вскипела - удары со всех сторон посыпались на легавых. "И все заверте..."
Или было иначе?
Непонятно. Но примерно так выглядят два самых известных варианта начала самого известного ЛГБТ-бунта - неизбежного восстания против нарушений прав человека. Правдив ли хоть один из них, уже не узнать. Может, все было и не так, но то, что впоследствии события на полную катушку "заверте...", это не вызывает сомнений!
Самцы и самки человеческие
В каждую эпоху и в каждой стране положение людей с нестандартной сексуальной ориентацией незавидное по-своему. Эпохи меняются, а вот Соединенные Штаты Америки - попробуй в этом усомниться - устроены как вечно улучшающийся рай для всех. Однако ж населен он отнюдь не ангелами, а самыми что ни на есть настоящими людьми - существами, для коих собственный интерес, как правило, главнее всего.
Разумеется, о том, что какие-то интересы могут быть у гомосексуалистов, задумывались (в том числе и сами гомосексуалисты) очень редко. Более того, эти люди часто были не просто вне социума, но и вне закона: само их существование было "преступлением против природы" - такая формулировка была введена в Штатах в 1814 году и довольно долго оставалась легитимной.
В начале XX века стали появляться правозащитные объединения, которые пытались выступать с заявлениями о равноправии гомосексуалистов. Эта работа была малоуспешной: было таких групп мало, их выступления - робкие, и полиция легко подавляла подобные протесты. Проблема гомосексуализма не вызывала большого резонанса в обществе, и попытки привлечь внимание к данной теме были стрельбой холостыми.
Ситуация внезапно изменилась в 1948 году, когда вышла книга американского биолога Альфреда Кинси (1894–1956) под названием "Сексуальное поведение самца человека". Нежданно-негаданно она сообщила, что гомосексуальны до 10% мужчин, 46% во взрослом возрасте сексуально реагировали на представителей обоих полов, а 37% - имели как минимум один гомоопыт. Книга, конечно, произвела шокирующий эффект, и тема однополых взаимоотношений, которая раньше мало обсуждалась, мгновенно стала популярной. В 1953-м вышло "Сексуальное поведение самки человека" - другая книга Кинси, которая, ясное дело, плеснула масла в огонь.
Процесс пошел
С этого момента ЛГБТ-объединения стали чувствовать себя намного свободнее, и с конца 1950-х до конца 1960-х они провели порядка 25 выступлений, пикетов, демонстраций в защиту прав секс-меньшинств (в основном в Лос-Анджелесе, Нью-Йорке и Сан-Франциско). Практического прока опять было мало, но зато теперь была стопроцентная гарантия, что акция такого рода привлечет внимание общественности. Можно было надеяться не только на внимание сплетничающих домохозяек, но и журналистов, политиков, общественных деятелей.
Быстро стала формироваться особая среда - субкультурная или чисто развлекательная - в виде гей-баров. Там люди могли спокойно и никому не мешая провести время, но там же - и стать жертвами произвола полиции, постоянно устраивавшей облавы. Но опять-таки, чем популярнее становились эти заведения, тем меньше доставалось им от копов.
Впрочем, к облавам еще вернемся.
Место действия: Гренич-Виллидж
Пока в XVII веке строился Нью-Йорк, поблизости приютилась небольшая деревушка Гренич-Виллидж. Это место осталось и до сих пор - это жилой район на западе Нижнего Манхэттена, который сам является исторической частью Нью-Йорка. Район и сейчас напоминает деревню - с давних времен сохранились кривые улочки, некоторые из которых имеют не названия, а номера. Гренич-Виллидж утопает в зелени. Вероятно, из-за такой чарующей атмосферы захолустья это место с начала XX облюбовала богема - здесь жили знаменитые музыканты, художники, политики.
В 1950-х это центр бит-культуры, без этого места произведения Керуака, Берроуза, Гинзберга, в общем-то, представить невозможно. Понятно, что и без гомосексуальной тематики ни их творчество, ни их биографии тоже невозможно представить. Однако это не значит, что им было очень комфортно, напротив: давление общества и породило культурную революцию, в которой себя реализовало поколение битников.
О комфорте говорить было рановато. Американская психиатрическая ассоциация перестанет считать гомосексуализм болезнью в 1973-м, а юридический статус ЛГБТ-граждан из-за различий в законах разных штатов более-менее прояснится лишь в 2000-х.
Так и оставались геи чем-то средним между психами и преступниками. Удачное сочетание для нападок гомофобов, особенно облеченных властью.
Вот пошли провалы, начались облавы...
В 1950 - начале 1960-х годов посещение гей-бара могло оказаться вместо отдыха малоприятным приключением: тогда эти заведения подвергались постоянным облавам полиции.
Никакая из подобных забегаловок официально гей-заведением не называлась, а значит, в принципе там можно было встретить людей любой сексуальной ориентации. И все же полисмены туда заявлялись. Чего им было нужно?
Целью каждого рейда был поиск людей, ведущих себя "непристойно", а именно?- гомосексуалистов, которые целовались, обнимались, держались за руки, носили одежду противоположного пола, а также мужчин в дамской косметике. Это поведение грозило арестом с последующими побоями. А потом информация о пойманных попадала в прессу - самый простой способ опорочить.
Поэтому посетители гей-баров старались не называть там своих настоящих имен и не брать с собой документов: с одной стороны, это гарантировало попадание в "обезьянник", но с другой - спасало от позора.
В начале 1960-х мэр Нью-Йорка Роберт Вагнер решил избавить город от гей-баров. У этих заведений власти постепенно стали отзывать лицензии на продажу алкоголя. Полиция же выдумала новый способ борьбы с геями. Полисмен в штатском находит одинокого гомосексуалиста в баре, знакомится с ним, заводит разговор; возможно, покупает новому "приятелю" выпивку. А после обвиняет его в домогательстве и тут же арестовывает. Понятно, что такие истории не очень-то способствовали посещаемости.
К чему же все эти сложности? Коли власти так ревностно боролись за нравственность населения, то стоило рано или поздно ожидать распоряжения о закрытии и запрете таких мест, и дело с концом. Но не все было так просто.
В то время ни одним из нью-йоркских гей-баров не владели люди из ЛГБТ-среды, все эти местечки держала мафия. Схема была самая обычная: бандиты содержали запретные заведения, для порядку туда заглядывали полисмены с рейдами, закрывали бары, но наутро они открывались снова. Солидные "отступные" полиция получала стабильно, а значит, угрозы не представляла.
В 1965 году в организации по защите прав сексуальный меньшинств "Общество Маттачин", существовавшей уже около 15 лет, руководителем стал Дик Лейтч - человек, который решил сделать характер действий группы более напористым и активным. Объединение стало выступать с протестами по каждому возможному поводу, обращаясь в суд. В результате его усилий "разновидностей" непристойного поведения вдруг стало существенно меньше, и вообще, за такие деяния полицейские могли арестовывать только в присутствии свидетелей.
Полиции стало ясно, что противник серьезный, и она была вынуждена уменьшить число арестов и провокаций, а рейды в гей-барах стали реже.
В 1966-м Лейтч подверг критике государственную политику по продаже алкоголя геям и лесбиянкам. Тогда любое заведение могло лишиться лицензии, если продало бы спиртное группе - о, да! -
из трех и более гомосексуалистов. Лейтчу удалось оспорить в суде и такую практику.
Определенную правовую поддержку получили ЛГБТ-группы и в лице либерального республиканца Джона Линдсея?- мэра Нью-Йорка
с 1965 года.
К концу 1960-х жить стало намного легче, а в 1967-м в Гренич-Виллидже даже появился книжный магазин "Оскар Уайльд", открытый гей-активистами.
ЛГБТ-сообщество чувствовало себя все свободнее, при этом, что характерно, число гей-баров снова увеличивалось.
В общем, порядок налаживался, хотя до идеала было далеко.
Gay Power!
Одним из новых баров той поры стал "Стоунволл-инн" на Кристофер-стрит в Гренич-Виллидже. Раньше это был обычный ресторан, но в 1966-м его купили все те же мафиози, переделали под гей-бар и в новом виде открыли в 1967-м. У "Стоунволла" не было лицензии на спиртные напитки, однако алкоголь там продавался. Всем об этом было прекрасно известно (вообще, это было самое популярное гей-место города, часто именовавшееся как "тот самый гей-бар"), поэтому рейды полиция совершала регулярно, еженедельно взимая установленную мзду.
Пробраться в бар было не так просто: вход сторожил вышибала, который пропускал только знакомых или тех, кто выглядел, как гомосексуалист. Это было одно из немногих мест, куда пускали мужчин в макияже, но в обычной одежде; трансвеститам же (за редчайшим исключением), дабы не было проблем с правоохранительными органами, вход был закрыт. В баре была нехитрая система сигнализации: когда становилось известно о приближении полиции, в помещениях включался яркий свет. Однополые объятья и танцы прекращались - никто не хотел давать полисменам повода для обвинений в "непристойном поведении" или чем-либо еще.
В ночь с 27 по 28 июня 1969 года полиция нагрянула в "Стоунволл". На этот раз стражи порядка были настроены серьезно. Для надежности они предварительно отправили в бар нескольких переодетых полицейских, следивших за происходящим, а после прибыла основная бригада. Однако все сразу пошло как-то не так. Неожиданное появление полиции многих сильно перепугало, и посетители (около двухсот человек) ломанулись прочь, пытаясь выбежать через двери или вылезть через окна в туалете. Задержанные вели себя вызывающее - не предъявляли документов и отказывались следовать в участок.
Рассвирепевшие полисмены решили поначалу арестовать всех подряд и вывезти из бара весь запретный алкоголь. Но быстро передумали - многих все-таки отпустили (а алкоголь все-таки забрали).
Отпущенные почему-то не торопились разбегаться на улице. Не обращая на них внимания, фараоны быстро затаскивали арестованных в машины. И тут случилось нечто непонятное. Никто так и не знает, то ли кто-то из толпы швырнул в полицейского бутылкой, то ли полиция была чересчур груба к кому-то, но толпа вдруг взорвалась. В копов полетели сначала бутылки, потом все, что попадалось, включая кирпичи, прутья, мусор. Ошалевшие полисмены забаррикадировались в баре и стали звать подмогу, ибо бунтари (к ним присоединились местные жители, которым тоже осточертел произвол), выкрикивая лозунги вроде Gay Power!, начали ломать двери. Прибывший спецназ кое-как разогнал толпу, но сделать это было непросто: восставших было уже около пятисот, а подручного вооружения им хватало. Битва длилась менее часа. К четырем утра толпа понемногу рассосалась.
На следующий день бар был снова открыт, и в нем были снова бунтари, и снова приехала полиция, и снова получила отпор. И то же через день... Пару дней длилось затишье, но в это время активисты распространили тысячи листовок против произвола мафии и полиции. Бунт продолжался еще 2 и 3 июля.
В те дни все происходило как-то быстро и совершенно спонтанно, без особой подготовки. Сейчас трудно установить зачинщиков и численность пострадавших (известно о нескольких десятках раненых с обеих сторон, а также о двух десятках арестов), а также назвать точные причины.
По одной версии, "перестаралась" полиция. Аналогичные рейды проходили в нескольких местах, и тоже были внеплановыми. Есть мнение, что таким способом Джон Линдсей захотел продемонстрировать свою силу в борьбе с мафией.
По другой версии: тогда попросту "стоунволльцы" были не вполне адекватны. 27 июня прошли похороны актрисы Джуди Гарланд - тогдашнего кумира геев, которые скорбели о потере. Ну и, соответственно, оказались "не в настроении". Причина, мягко говоря, сомнительная, да и многие ветераны "Стоунволла" говорят, что ее смерть никакого отношения к событиям не имела.
Впрочем, никто не исключает и того, что властям просто не по нраву была и ориентация посетителей "Стоунволла", и то, что среди них было много чернокожих и латиноамериканцев. Словом, основания могли быть еще банальнее, чем думается...
Памяти Стоунволла
Не прошло и месяца, как на волне "повстанческих настроений" активисты создали "Фронт освобождения геев", а к концу года отделения этой организации распространились по всей стране. Вскоре "Фронт" стал своего рода образцом для правозащитных организаций в США и других странах.
Ровно через год, 28 июля, "Фронт" организовал марш от Гренич-Виллиджа до центрального парка Нью-Йорка. В шествии участвовало порядка 10 тысяч человек. Большинство гей-прайдов проходят примерно в это же время и посвящены они также стоунволльским событиям.
В 2000 году "Стоунволл-инн" вместе с прилегающими улицами и парком был включен в реестр Национальных исторических памятников США.
P.S.
Недалеко от "Стоунволл-инн" есть улочка - Гей-стрит. Никакого отношения к геям она не имеет - "странное сближенье", не более того. Названа она была еще в XVIII веке именем некоего ветеринара Р. Гея, который где-то там жил.
Текст Владислав Карелин
Stonewall uprising / Foto Bettye Lane
Статью читайте в журнале "Квир" (сентябрь) 2010
|
|
На КВИР можно подписаться во всех почтовых отделениях России (зеленый каталог "Российская печать", стр. 119) и стран СНГ ("Каталог российской прессы"). Подписной индекс - 44905.
|
|
|
Copyright (C) БФ Центр "Я+Я" 2003-2011.
E-mail: info@kvir.ru, телефон: (495) 783-0099
Адрес: 109457, Москва, а/я 1.
|
*
"Квир" (queer) в переводе с английского означает
"странный, необычный, чудной, гомосексуальный".
|
|
|
|
